Я вспоминаю до моего рождения на втором этапе и попытайтесь вспомнить, каково было быть незрячим. Неудивительно, что все это размыто; ничего, кроме тумана и клочков сновидений. О чем я только думал? Что я делал? Я не могу понять это сейчас, потому что тогда это не имело смысла. Я просто шел, чтобы ладить, пытаясь приспособиться, но не слишком усердно, задаваясь вопросом, почему я не вписываюсь, и притворялся всю свою чертову жизнь. Кем, чем и где я себя считал? Никого, ничего и нигде. Я знал это и ненавидел это, но не знал, что с этим делать. Затем пришло первоначальное недвойственное озарение. В одно мгновение все осветилось, и все стало известно и никогда больше не могло быть неизвестным, потому что знание на самом деле было всеобъемлющим. unзная. После этого прошло всего два года обработки и десять лет акклиматизации, а затем огромная странность быть нормальным человеком в совершенно ненормальной ситуации; взрослый в детском мире.
Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
«То, что мы называем реальностью, на самом деле не более чем
чем культурно санкционированное и лингвистически
усиленная галлюцинация».Теренс Маккена
